Анастасия Порошина. Промысел живой. О книге стихов Сергея Донбая "Малая толика" | АсПУр
Спасибо, Екатеринбург
Объявлен конкурс
21.01.2017
Александр Кердан. Суд офицерской чести
28.01.2017
Все статьи

Анастасия Порошина. Промысел живой. О книге стихов Сергея Донбая «Малая толика»

%d0%b0%d0%bd%d0%b0%d1%81%d1%82%d0%b0%d1%81%d0%b8%d1%8f-%d0%bf%d0%be%d1%80%d0%be%d1%88%d0%b8%d0%bd%d0%b0

Анастасия Порошина. Промысел живой

ПРОМЫСЕЛ ЖИВОЙ

Сергей Донбай. Малая толика: стихотворения.
Москва: Российский писатель, 2015 год. – 224 с.

У поэзии много тайн, и самое неблагодарное дело – объяснять ей, какой она должна быть. Наверное, она просто должна быть, а исповедоваться или проповедовать – ей решать. Книга стихотворений Сергея Донбая «Малая толика» открывается стихотворением о родном языке: «Он был и есть, как Бог, без доказательств…» – справедливо утверждает поэт. «Народа нет и не было немого…», и о чём только ни говорится, что только ни проговаривается в горечи и счастье, в отваге и отчаянье, в желании просто поиграть словцом как самоцветом! Так и «Малая толика» Сергея Донбая переливается всеми гранями слова: от страшных по смыслу двустиший: Без жалобы и мирового стона Культура умирает, молча, стоя. – где каждая запятая в последней строке усиливает ощущение безысходности и гордости, до саркастического: Литературоведы и литературоведки Сидят с поэтом на одной и той же ветке. Поэт как свистнет офигенно! И они зачирикают: мифологема, мифологема. Поэт устанет и клюёт на ветке носом. И они чирикают: судьбоносно, судьбоносно. Не хочется уподобляться литературоведкам – куда слаще просто читать книгу, свободно её перелистывая и находя непринуждённые созвучия своим чувствам и мыслям! В книге «Малая толика» звучат традиционные для поэзии темы: бытовые зарисовки, природа, любовь, творчество, Родина. Но каждая тема несёт на себе отпечаток уникальности авторского взгляда, слова, музыки стиха. Стихи о Родине у Донбая не умозрительны и не пафосны, они проникнуты прежде всего искренним деятельным чувством и потому вызывают в сердце читателя живой отклик: На свет и звук – огонь и голос – Мысль оглянулась, навсегда. Сибирь, развёрнутая в космос, – Ракета, Родина, Звезда. С темой Родины по глубокой русской традиции оказывается неразрывно связана и тема природы: Чуткое эхо природы – Русский наш менталитет. Для русского человека, сибиряка природа полна собственной возвышенной и драматической жизни, она отвечает на настроения души или задаёт их поэту сама. Поэт улавливает её изменчивые состояния и передаёт их в слове ощутимо и зримо: Полдень чуть теплится зимний. Чуткая роща линяет – С кружев берёзовый иней Медленно перлы роняет. От кратких этюдов и эскизных набросков Сергей Донбай переходит к неожиданным и глубоким образам. Преображённая поэтической силой, природа превращается в храм, где колокольным звоном гремят громы: Едва поднебесный фонарь В ночной погружается дёготь, Как громы берётся громарь За ниточки-молнии дёргать. В этом храме под небесным куполом крепко-накрепко сплетены, связаны душа, природа, Бог, мироздание. И потому именно здесь рождаются самые сильные и светлые строки: И снег опять на Рождество. Ниспослан или сам собою? И зимнее, и неземное, И божество, и ремесло. <…> И дня другого торжество. Как в золотом его сеченье, Синичка, семечка, сочельник – Прощёное нам Рождество. Одной из ярких и глубоко раскрытых в книге является тема труда – одухотворённого физического со-работничества миру, Природе. Сегодня эта тема практически забыта в прозе и очень редко встречается в поэзии, поэтому так неожиданно и притягательно её новое звучание в мудрых стихах Сергея Донбая. Разговаривая об обыденных вещах, о бытовом, мы слышим только друг друга. Но если обыденное «подсвечивается» поэзией – вдруг оказывается, что мы уже вступаем в диалог с миром, начинаем говорить с ним на одном чудесном языке. И тогда земное и небесное вдруг становится нераздельно единым: В Подмосковье на даче ночуем. Утром встали – и солнце, и радость! Каждый гвоздик забит с поцелуем! И от счастья душа разрыдалась. Накопилось, таилось веками, Перешло от отцов, как наследство, – Всё изладить своими руками И делиться от чистого сердца. Материальное – «изладить своими руками» – и духовное – «делиться от чистого сердца» – едины в наследии от предков. Поэт слышит движения души не только в покое и в тишине – а и в тяжёлом физическом труде. Умение трудиться, ремесло возводится им к драгоценному дару, переданному от предков, изначально полученному – от Бога. Ведь созидательный труд роднит человека с Создателем. Всего-то – остругана плаха Для будущего стеллажа. А вот уж вспотела рубаха! Обрадовалась душа! И стало понятней немного, И стало виднее звезду, Когда говорят, что – от Бога, Написано так на роду. То же высокое неземное начало поэт чувствует в преображении огнём металла. Казалось бы, в этом изнурительном физическом труде нет места душе и поэзии. Но вдруг огонь из инструмента, средства труда превращается в высокий свет, оживляющий металл, одухотворяющий людей, наделяющий весь процесс работы иным смыслом: Сталь разливает Запсиб из ковша. Красной болванкой грохочет. Кажется, где же здесь может душа Быть?.. Да она не захочет!.. Швеллер остывший погладит ладонь: Кажется, он умирает… Наши невечные лица огонь Смыслом иным озаряет. Дела человека, если посмотреть в масштабе вечности, – невелики, это и есть его личная малая толика. Но если труд его сливается с трудами других людей, он наполняется живой полнозвучной силой – и «Малая толика» эту силу, энергию несёт в себе. Отдельное стихотворение посвящено Руке – проводнику Божьей воли, в которой и таится память о безмерном труде предков, труде физическом или духовном. Сам автор одухотворяет любой труд, возводя его до творчества, Божьего промысла. И получается, что рука человека – орудие Бога, несущее в себе высокое созидательное начало. Извечное начало урожая И продолжение смычка – Рука. И пребывая в покое, после тяжёлой и радостной работы, поэт слышит то, что недоступно человеку, не чувствующему себя со-ратником и со-творцом этого мира: Я сегодня на ночь не закрою ставни, Звёзды, как мальчишки, подойдут к окну… <…> И слова их будут очень неразборчивы, Только видно – звёзды шевелят губами, Только слышно в мире – зёрнами и почками И земля, и воздух глухо набухают. Одна из характерных черт поэзии Сергея Донбая – вот это умение представить выское, недостижимое как близкое, земное: приходит весна, и её предчувствие – в ярком и неожиданном образе озорных, любознательных мальчишек-звёзд, говорящих о чём-то своём, непонятном, но радостно и тревожаще весеннем. Поэзия Сергея Донбая, при всём многообразии интонаций и уровней, от бытового, порой иронического, до высокого, метафизического, проникнута ощущением единства человека и мироздания. В отдельных фрагментах, маленьких, не осознаваемых нами в обыденной жизни деталях кроется близость высокого и светлого созидающего начала. И название книги – «Малая толика» – уже воспринимается по-другому: и в малом деле, в каждой крупице, в зерне сокрыта творческая энергия каждого человека и целого мира.

Анастасия Порошина, кандидат филологических наук, член Союза писателей России. Челябинск.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *