Айналайын, Салим Фатыхов!
31.10.2017
Донецкую Народную Республику посетили литературные деятели из г.Оренбурга
01.11.2017
Все статьи

Анатолий Шалин. Простые вопросы, или заметки о литературе и искусстве

Анатолий Шалин. Простые вопросы, или заметки о литературе и искусстве

Искусство, что это?

Чем произведение искусства отличается от ремесленной поделки?

И что, в конце концов, понимается под словом «художник», создатель искусства?

И в чем же эта суть искусства?

Вроде бы на эти вопросы давно уже ответы придуманы. За столетия развития искусства столько копий переломано – все должно быть ясно и отчетливо сформулировано. Э, нет, на мудрецов от искусства довольно простоты, путаницы в терминологии хватает. Видимо, каждый век и каждая эпоха эти вопросы рассматривают по-своему, кому как удобно. Приплетали сюда и идеологию, и религию, и этику, и политику, и сексопатологию, и даже классовую борьбу и расизм. И во все века эстетические идеалы, понятия о красоте в искусстве менялись, варьировались, а иногда воспевалось и уродство, появлялась своеобразная эстетика со знаком минус.

Как на такие вопросы отвечает теория искусства? И, кстати, существует ли она, эта самая Теория Искусства? И соответствует ли современному уровню развития этой сферы человеческой деятельности?

Когда автор, полностью осознавая свое невежество в данных вопросах, попытался отыскать что-либо по данной тематике в библиотеках, все больше под названиями «Теория искусства», «Теория литературы», «Теория поэзии» пришлось натыкаться на увесистые фолианты, в которых подробно излагалась скорее не «Теория», а История возникновения и развития этих областей человеческой деятельности, давались кое-какие технические приемы, рассматривались направления, виды, жанры, формы, но самой-то Теорией Искусства, как такового, и не пахло или почти не пахло.

Впрочем, кое-какие высказывания классиков по этому вопросу любопытны.

Так А.П. Чехов в письме к А.С. Суворину писал:

«Архимеду хотелось перевернуть землю, а нынешним горячим головам хочется обнять научно необъятное, хочется найти физические законы творчества, уловить общий закон и формулы, по которым художник, чувствуя их инстинктивно, творит музыкальные пьесы, пейзажи, романы и проч. Формулы эти в природе, вероятно, существуют...

Для тех, кого томит научный метод, кому бог дал редкий талант научно мыслить, по моему мнению, есть единственный выход – философия творчества. Можно собрать в кучу все лучшее, созданное художниками во все века, и, пользуясь научным методом, уловить то общее, что делает их похожими друг на друга и что обусловливает их ценность. Это общее и будет законом. У произведений, которые зовутся бессмертными, общего очень много; если из каждого из них выкинуть это общее, то произведение утеряет свою цену и прелесть...»

Замечательное высказывание и вполне по рассматриваемой теме.

О чем пишет А.П. Чехов? Он размышляет об этой самой еще не созданной никем Теории Искусства.

А если, следуя заветам классика, попытаемся разобраться, о чем речь? Что же это за общее, без чего великое произведение искусства теряет свою цену? Перестаёт быть великим и становится заурядным, иными словами, из произведения искусства превращается в ремесленную поделку... Вопрос очень важен не только для самого искусства, но и для понимания искусства, для умения оценить произведение, умения разбираться в искусстве...

К этому вопросу мы еще вернемся, а пока вопрос попроще.

Что понимается под искусством?

Попробуем разобраться. Для начала заглянем в словари и энциклопедии.

В Советском Энциклопедическом Словаре приводится несколько значений понятия «искусство»:

«1. художественное творчество в целом – литература, архитектура, скульптура, живопись, графика, декоративно-прикладное искусство, музыка, танец, театр, кино и др. разновидности человеческой деятельности, объединяемые в качестве художественно-образных форм отражения действительности. В истории эстетики сущность искусства истолковывалась как подражание (мимезис), чувственное выражение сверхчувственного и т. п.

М.Л. эстетика рассматривает искусство как форму общественного сознания, специфический род духовно-практического освоения мира, как органичное единство созидания, познания, оценки и человеческого общения.

2. В узком смысле – изобразительное искусство.

3. Высокая степень умения, мастерства в любой сфере деятельности».

Гм... Со вторым и третьим значениями слова «Искусство» все более-менее ясно, а вот первое значение стоит обсудить. Из этой словарной статьи выберем несколько ключевых фраз, с которыми и поработаем:

художественное творчество,

подражание (мимезис),

художественно-образные формы отражения действительности,

чувственное выражение сверхчувственного...

 

Начнем со слова «художественный», что оно означает?

В Четырехтомном Словаре Русского Языка* даны такие определения:

«1. Относящийся к искусству, воспроизведению действительности в образах.

2. Относящийся к деятельности в области искусства.

3. Относящийся к произведениям искусства».

Значения 4., 5., 6. этого слова опять же выводятся из понятия «искусство». И все...

Забавно, правда. Возникает некий замкнутый круг определений. Понятие «искусство» определяют через понятие «художественный», и наоборот...

Ясности же в определениях маловато. Может, нам повезет больше со словом «творчество».

Посмотрим опять в Четырехтомном Словаре Русского Языка:

«Творчество» – деятельность человека, направленная на создание культурных, духовных или материальных ценностей.

Здесь определённая ясность присутствует. Хотя и новых вопросов возникает порядком. О каких культурных, духовных и материальных ценностях речь? Ведь и сами эти понятия надо бы уточнять... Что одному человеку кажется культурным, для другого вопиющее бескультурие. А понятие духовности? С ним как быть? Его толкуют разные люди по-разному – от примитивных верований, идолопоклонства до высших форм религиозности, богоискательства, богоборчества и стремления к истине, к познанию мира...

Мне больше нравится более широкое определение понятия «творчество», приведённое у Платона. Это определение, по словам Сократа, он, Сократ, услышал от своего Учителя – жрицы Диотимы: Творчество – это превращение небытия в бытие.

 
«Подражание». Хорошее слово, простое, понятное. Искусство как подражание... Но кто кому подражает? Творец искусства подражает природе? Несомненно, элемент подражания всегда присутствует в любом виде творчества, в своей созидательной деятельности творец опирается как на известные элементы и схемы, так и на некие новые комбинации известного. Однако сводить все к подражанию глупо. Многие разновидности пернатых подражают голосам друг друга. Например, попугай, повторяющий несколько услышанных фраз, занимается подражанием.

Можно ли считать, что попугай занимается искусством, творчеством?

Кстати, вопрос интересный, а как у иных видов животных обстоит с этим видом деятельности? Или лишь люди способны к творчеству, к искусству?

Как бы ни были люди высокомерны, боюсь, они не уникальны в своей способности создавать произведения искусства, творить... Какие-то зачатки творчества есть и у иных существ, хотя у животных, очевидно, элемент подражания в их творчестве превалирует... Пение птиц – соловьи, канарейки... Танцы журавлей... Волчий или собачий вой... Кошачьи концерты... Петушиное пение... и многое иное...

 
«Художественно-образные формы отражения действительности»... Какая длинная занятная фраза. С «художественным» мы уже позабавились. Образные формы – изумительное по нелепости сочетание! А бывают безобразные формы? Форма в качестве понятия уже включает в себя некий образ, абстрактный или конкретный – это уже иной вопрос.

Ну, «отражения действительности» – настолько избитое понятие, что и толковать вроде не о чем. А что еще можно отражать, помимо действительности? Некую мнимость? Несуществующее? Однако если вы что-то отражаете, значит, оно все же существует? Существует хотя бы в вашем сознании. И в таком случае это опять же не мнимость, а некая внутренняя действительность субъекта, свойство его сознания, если хотите, души.

Вот и приехали... Тут бы с понятием «искусство» разобраться, а если автор о душе начнет, этак мы никогда не закончим наши изыскания.

И все же о душе надо бы помнить.
 

«Чувственное выражение сверхчувственного...» – туману много поднапущено, хотя в этом выражении какой-то момент истины ухвачен частично. Конечно, произведение искусства (вид, пожалуй, не столь важен) – это какое-то моделирование чувств, взглядов, мыслей создателя, творца, художника. Да, можно выразить взгляд – рисунком, мысль – словом, чувство – образом, жестом, движением, но этого одного мало, чтобы возникло искусство. Свои мысли, чувства, взгляды все люди, и не только люди, но и другие животные, выражают в той или иной степени ежеминутно, однако это слишком общее явление, чтобы возводить его в ранг искусства (я не рассматриваю в данном случае искусства мимики и жеста и ораторское искусство). Возьмем вторую половину фразы «сверхчувственное» – надо полагать, это то, что определяет наши чувства, не само чувство, а его причина. В таком понимании становится уже теплее.

А что же определяет наши чувства? Наша личность, сознание, наш внутренний мир, наша сущность, наша душа, если говорить проще, определяют в каждый конкретный момент времени наши чувства?

Да, определяют, но не они одни. Огромное влияние на эти наши чувства оказывает и внешний мир, внешние раздражители... Вспомним опять В.В. Маяковского: «Гвоздь в моём сапоге кошмарней трагедии Гёте...»

И к чему же мы приехали?

К двум составляющим причины чувств (сверхчувственного), тому, о чем говорилось в предыдущей главе, – к Миру Внутреннему Художника и к Миру Внешнему, в котором этот Художник обитает и который пытается понять, завоевать своим творчеством. В философии Ницше такое стремление называется «Воля к власти». И в этом смысле Художник, Творец куда больший диктатор, чем все политики и завоеватели исторического времени.

Монархи и полководцы, захватывая чужие страны, территории обычно удовлетворяются внешним изъявлением покорности завоёванных народов. Для Художника, если он Художник, такое завоевание – это ничто, это внешнее, он стремится завоевать внутренние миры людей, ловит души в сети своего творчества.

И тут возникает забавный вопрос. А кто тогда такие Иисус, Будда, Магомет, Заратустра, Сократ и многие другие основатели религий и философий? Кто они – Творцы новых философских и религиозных систем?

Это же Художники, фанатики идеи. Если это так, а это так, то существует в мире еще одна разновидность искусства – проповедничество, умение обращать в свою веру, искусство убеждать, превращать души последователей, учеников в продолжение своей души.

И кстати, ехидный вывод. И эти Великие религиозные деятели, как и другие Великие Художники, не были до конца поняты ни современниками, ни своими последователями – эпигонами. Их учения, их творения были извращены Внешним Миром и приспособлены к обслуживанию сиюминутных ценностей этого самого Внешнего Мира. Так оно и должно было происходить, так и произошло.

Вторая, внешняя составляющая творчества всегда сильнее, сильнее во Внешнем Мире. Поняты эти творцы были или не поняты, это дело десятое. В своем не простом виде творчества они велики и счастливы, как бы ни складывались их судьбы во Внешнем Мире. Это удел Великих Художников.

Впрочем, вернемся к понятию «искусства». После всех приведенных выше достаточно нудных рассуждений в голове у автора этого опуса стало кое-что проясняться. И сложилась такая формула:

Искусство – это агрессия Внутреннего Мира Художника в Мир Внешний. Попытка вобрать этот Внешний Мир в себя, или, что одно и то же, – попытка излить свой духовный мир в Мир Внешний. Попытка обрести единство Человека Внутреннего и Человека Внешнего. Попытка создать гармонию между внутренней сущностью человека-творца и той Вселенной, в которой он обитает.

Гм... Что-то очень кучеряво получается, а потому, видимо, не совсем верно. Ладно, пока не подвернулось ничего более подходящего, примем это определение, как говорится, за основу и поразмышляем еще о словах А.П. Чехова «У произведений, которые зовутся бессмертными, общего очень много...»

Где-то здесь собачка и закопана, где-то в этом суть умения оценивать произведение искусства, чему, собственно, я и собирался посвятить эту статейку. Остался совсем пустяк, следуя заветам классика, определить эту суть великого в искусстве, это общее всех бессмертных произведений.

Что ж, не я первый... За столетие, что прошло с того времени, когда А.П. Чехов написал эту фразу, кое-что в нужном направлении было сделано. Например, опубликована замечательная статья В. Тендрякова «Плоть искусства». Существуют работы И. и Ю. Мурашковских «Куда течет Кастальский ключ?», «Правила для муз». И некоторые другие исследования.
 

Начну, пожалуй, с самого простого. Рассмотрим необходимые, они же, видимо, и достаточные, условия для создания великого, бессмертного произведения и для признания его современниками или потомками таковым.

 
Необходимые и достаточные условия

1. Личность автора, осуществляющего «агрессию». Безусловно, она должна быть значительна, привлекательна. Автор бессмертного произведения должен обладать грандиозным Внутренним Миром, содержащим в себе заряд духовной энергии немыслимой для рядового обывателя силы. Да, для любого завоевания нужна энергия, нужны силы.

2. Необходимо желание к Творчеству, к Завоеванию, без этого желания, каким бы богатым духовным миром вы ни обладали, все останется при вас и сгинет втуне. Я за свою жизнь встречал многих замечательных людей, способных создавать великое, но не обладавших стремлением к этому, не сумевших реализовать эту свою внутреннюю сущность в творчестве, разменявшихся на пустячки для прокорма. И что же? Очень многие из них со всем их духовным богатством просто пропали – спились, погибли и как художники, и как люди.

Ваш Внутренний духовный мир может существовать лишь в движении. Его нельзя законсервировать, остановить – вы сразу перестаете быть Творцом и становитесь всего лишь биологическим автоматом, и этот автоматизм повседневности, будни психики, бюрократизация души засасывают вас мгновенно. Остановка в творчестве – смерть души.

3. И одного желания творить маловато. Необходима воля к творчеству или, что то же: воля к власти над внутренним миром других. Попытка размножить, расширить свой духовный мир (свою душу) на окружающий мир.

4. Любая агрессия, чтобы быть успешной, должна строиться на безупречной стратегии и тактике завоевания. И творчество в искусстве в этом мало чем отличается от всякого иного завоевания. Чтобы завоевывать души своих современников и души потомков Художнику приходится действовать где силой, где лаской, где лестью, а где и хитростью. По крайней мере, на первом этапе, пока он еще не очаровал эти души, это необходимо. Когда он их околдует, обратит в свою веру и они станут продолжением его души, тогда можно раскрыть перед ними всю горечь Своего Внутреннего Мира, весь трагизм Своей Персональной Вселенной – завоеванные уже никуда не уйдут. Или уйдут к более сильному Художнику? Что ж, умение управлять своими подданными – тоже искусство.

...Я увлёкся немного, а поскольку даже самые простые мысли люди всегда толкуют достаточно превратно, надо бы пояснить разницу между термином Завоевание, бытующим в обыденном смысле, и Завоеванием чужой души в искусстве. В первом случае люди подчиняют себе других людей, чтобы питаться их энергией, их жизненными соками. Во Внутреннем Мире Художника термину «завоевание» придается абсолютно иное значение. Художник, завоевывая Внешний Мир своими произведениями, отдает свою творческую энергию этому Внешнему Миру, одухотворяет его своей душой, своей энергией. Если хотите, в этом Художник сродни богам. Он наделяет Вселенную своей душой. Делает Вселенную своей и сам сливается с ней в акте любви-творчества. Конечно, речь веду о Великих Художниках... Но в какой-то степени это справедливо для любого Художника.

5. Элемент везения. Да, это необходимо. У каждого Художника может быть свое Ватерлоо.

6. Здоровье и силы. И это очень важно. В здоровом теле здоровый дух. Сила духа берется из сильного, здорового тела. Однако часто в жизни сильное и здоровое тело бывает абсолютно бездуховным по очень простой причине. Ему, этому телу, и в качестве просто сильного животного достаточно радостей жизни, чтобы еще обременять себя такой роскошью как тонкая и чувствительная душа. Наличие души часто ведет такое животное к гибели. Помните сказку о сороконожке, которая попыталась разобраться, как она ходит, и разучилась передвигаться. Так и в нашем случае: сила есть – ума не надо. Точнее, без ума, без внутреннего богатого мира можно до поры до времени обойтись. Сильный физически эту нехватку внутреннего богатства восполняет захватом внешних ценностей – и доволен, пока у него не появляется душа. Отсутствие духовности эти люди обычно подменяют тягой к развлечениям, к роскоши, к пьянству и т. д. Они растрачивают себя не в творчестве... Их души спят или умерли вместе с детством. Это о них Н.В. Гоголь писал свою знаменитую поэму. И таких спящих или «мертвых душ» очень много, некоторые никогда и не просыпаются. Поэтому-то так редки гармонически развитые личности – сильные, здоровые, умные, добрые и с богатым внутренним миром. Было бы их больше – больше было бы, возможно, и великих произведений искусства.

7. Тема произведения (Направление главного удара). Значительность темы, вечность темы, жизненность темы – это во многом определяет и значительность создаваемого произведения. Как правило, бессмертные, великие произведения создавались на вечные и довольно избитые темы. В самом деле, очень многие темы своих произведений Шекспир брал из известных сборников новелл того времени. И делал эти темы бессмертными произведениями, накладывая на них отпечаток своей души, своей личности, своего сознания. У того же Льва Толстого все те же, в сущности, шекспировские темы: война и мир, любовь и измена. Что общего между «Анной Карениной» и «Отелло»? Отвечаю: тема – семейные отношения. Правда, в каждом случае сюжеты строятся по разному в соответствии с требованиями своего времени. Разные столетия и различия в поэтике произведений колоссальны. Тема одна, а мысли, динамика развития действия – разные.

Может, Л. Н. Толстой поэтому и недолюбливал В. Шекспира, что шел по его стопам, по его тематическим просторам. И ему казалось, что он-то, граф, пашет глубже, а тот, предшественник, слишком поверхностен, натоптал только в поле. А Шекспир тоже шел по чьим-то следам в искусстве и удивлялся мелочности в толковании тем и сюжетов своими предшественниками. Они не делали поправку на время. У каждого столетия свои вкусы и своя духовная глубина постижения мира. Пиши Шекспир, как Толстой, в своем столетии, кто бы его сейчас помнил? А те, кто писал под Шекспира во времена Толстого, и имён-то их не сохранилось до нашего времени, а ведь они были и еще будут.

8. Здесь мы подошли еще к одному условию великого в искусстве. Соответствие формы модам своего века. Форма, видимо, должна быть в самый раз – по плечу современникам. Не слишком устарелой и не слишком новой. Однако эта же форма должна оставаться модной и в будущем, иначе о каком бессмертии произведения можно вести речь.

9. Великое должно разить наповал. О чем это? Первое же впечатление от великого произведения должно быть максимально сильным, творение должно захватывать и брать вас в плен бесповоротно. Конечно, такое впечатление во многом определяется стратегией и тактикой творца (см. п. 4), его умением поразить зрителя, читателя, захватить его воображение значительностью выражаемых чувств.

Начинаю повторяться, наверное, пока условий хватит.

Поговорим о чем-нибудь другом. Хотя бы об этих самых значительных чувствах, способных захватить наше с вами воображение.

Источник

1 Комментарий

  1. Шутить о сути искусства, это значит, не ошибаться в цели юмора: самое смешное как всегда слишком серьёзно. Не зря на ту же тему высказался весёлый Антон Павлович Чехов. Видимо тоже не захотел попасть впросак перед Сувориным. Улыбнёмся и мы. 🙂

    С уважением к автору статьи и его добродушным читателям

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *